Ритуал. Это было самое подходящее определение его играм. Сначала созерцать, потом участвовать. И проходил он так часто, что сам собой выстраивался чуть ли не в посекундно отточенную ровную линию действий и движений. Мужчина смаковал сам процесс наблюдения за жертвой. Уже при первом взгляде на свою пленницу, он понимал насколько будет интересна охота, и как быстро он справится с утолением жажды.

     Вайрмонд был спокоен, впрочем как и всегда. Его желание не брало верх над разумом, он умел себя контролировать. Века практики воспитали в нём хороший и правильный подход к получению необходимых для продолжения жизни итогов своих игр. Он упивался новой, поставленной перед ним на колени, чаровницей. Его верные суриастиванты никогда не ошибались в выборе игрушек для хозяина. Тащили девушек со всех уголков света, дабы пропажа их с родных мест не была привязана к замку Хартдока, в котором и обитало чудовище, что изматывало и опустошало распутных девиц. Чаще она была не одна за раз. И когда та, что оказывалась посильнее, сдавалась под напором вынужденного наблюдения за уничтожением первой, человек получал ещё большее наслаждение, сравнимое разве что с экстазом.

     Девушка готова. Мужчина отставил бокал. Освободил от оков одним взмахом руки, и легким кивком головы разрешил ей приблизиться.

     Её запах, этот запах страха… Туманил голову, искажал улыбку в оскал, давал добро на действия. Хотя…

     Секс. Иногда и он мог стать частью этого процесса. Что ж… игра продолжится после него…

     И всё-таки их отбросило в разные стороны, как и предупреждал сам Шигео. Идя на поводу у Александра, хранителю хотя бы удалось уговорить принца не ограничиваться перемещением его самого и девушки — Шигео последовал за ними. Но, как и обещал, стал держаться поодаль, пока Александр не будет готов к его появлению в поле зрения Эсфирь.

     Шигео опасался того, что странная связь принца и принцессы снова даст о себе знать, как только те переместятся в родной Онхариолт. Прокрутив воспоминания об их непродолжительном совместном детстве, он до сих пор не отпускал мысли о том, что эти двое могут быть вовсе не братом и сестрой. И если он найдёт этому доказательства, станет понятна причина необузданного характера девушки и повиновения самого принца принцессе. В тот самый миг, когда взгляды этих двоих встретились, они уже не смогли расстаться. Их тянуло друг к другу. И никто из родных так и не смог противостоять их безрассудству. Хотя и не сразу удалось связать печальные происшествия во дворце с их действиями. Зачинщиком была Эсфирь, но Александр всегда легко переключал внимание негодующего короля на себя, тем самым оберегая сестру от наказания. Возможно, его мачеха и была ему благодарна, но хорошо это скрывала. Ребёнка от другой женщины она не собиралась принимать. Мальчик… Это был мальчик. Пусть бы лучше девочка! Александр являлся прямым наследником Онхариолта, не зависимо от того, что родился вне стен дворца. Королева Силеста ненавидела его, ревновала… она часто плакала. Измена мужа сильно ударила по её здоровью. Она искала причины в себе, задавая вопросы и не находя на них ответы. Как это могло с ней случиться, и за что её так наказывал Создатель?

13 лет назад

     Первой пала пони. Именно та, что была подарена Эсфирь на её восьмой день рожденья. Александр в тот год отметил своё совершеннолетие. К слову говоря, оно наступало в возрасте двадцати одного года, когда индивидуальная способность, словно цветок, начинала распускаться в теле хизгроу на протяжении следующих трёх лет до своего полного созревания. Девочка ехала верхом. Брат не отставал, следуя за сестрой на своём жеребце. Маленькая принцесса светилась от счастья, играя с ним наперегонки. Слуги отстали, но нагнав королевских детей, обнаружили неприятную картину.

     Пони в агонии металась по земле. Её словно что-то разрушало изнутри, жгло и выкручивало. До последнего своего вздоха, она хваталась за жизнь, но было ясно, что смерть не оставит её. Глубокое и прерывистое дыхание манило закончить начатое. Эсфирь вырвалась из рук Александра и подошла к лежавшему животному, готовая облегчить участь той, что пала от её руки.
— Прочь! — выкрикнул Александр подоспевшим.
Его раздражали свидетели, которые способны были в две секунды обрисовать картину в своих головах так, как им на то угодно было. Неизвестно было и то, как именно преподнесут этот случай его отцу и королеве. Прикрывая собой маленькую принцессу, он помог Эсфирь с задуманным. Пони оставила эту жизнь.

     Шигео тряхнул головой от воспоминаний, требуя для себя возвращения в реальный мир. Сосредоточился на Александре и Эсфирь. Ему не обязательно было находиться рядом с хизгроу близко, чтобы видеть и понимать их действия. Он отчетливо читал любого из них, на то он и был хранителем. Преимущество над остальными в законах, граничащее с отсутствием свободы. Чего лишался хранитель, отдавая всего себя Ордену Древу, было только ему известно. И пусть этот груз он нёс в себе десятилетиями, но и мысли не возникало предать устои Верхних.

     Перемещение. На первый взгляд ничего особенного, но прыжки между мирами иногда давали сбои. И сказывались они первым делом на физическом состоянии того, кто не так часто подвергался этому. Александр Эохейд был более опытным путешественником в отличии от сестры. Принц в мгновение оценил окружающую его обстановку и настроился чувствами на Эсфирь. Конечно, вместе им было опасно перемещаться, ведь её касание могло убить его. Но на сколько же они были сейчас далеки друг от друга? Он пока не понимал. Пытался уловить её и определить в каком направлении двигаться. Александр всё же наделся, что их отбросило не в разные края Онхариолта. И вот, даже на расстоянии, он почувствовал её теплоту. И уже точно понимая, где следует искать, мужчина рванул между деревьев. Да, сестра была где-то рядом, он четко ощущал это. Преодолев границу леса, принц оказался на берегу реки. Оглядываясь по сторонам, он не сразу приметил девушку. Её фигура ярким пятном, привлекла внимание.

     Девушка лежала на траве у самой воды. Розовое платье, в которое она переоделась перед перемещением, хорошо выделялось на фоне зелёного. Не писк моды этого мира, но куда лучше, чем джинсы и майка. Право, было бы интересно понаблюдать за реакцией окружающих на диковинный вид современной одежды из мира людей. Но не стоило смешивать миры даже в таком вопросе.

     Эсфирь всматривалась в темнеющее небо. Клонилось к вечеру. Девушка лежала у самого берега, кожей спины и шеи ощущала траву. Она опустила веки, вздохнула и улыбнулась про себя. Это просто чудесный сон… Плывущие облака, лёгкий ветерок, шум воды.

     Она посмотрела в сторону реки. Странное отражение, не такое должно быть. Девушка чуть прищурилась. На том берегу деревья и прячущееся солнце за ними, а в отражении дворец из сказок. Определенно, это сон. Она закрыла глаза.

— Эсфирь, — послышалось со стороны.
Девушка резко обернулась и приподнялась на локтях. Сон куда-то улетучился. Слишком четкий силуэт незнакомца нависал над ней. Она быстро оправилась и поднялась на ноги, не приметив, как мужчина шарахнулся от неё, боясь, что может ненароком столкнуться с её резкими движениями.

— Ты кто такой? — спросила Эсфирь.
— Не узнаёшь меня? — вопросом на вопрос ответил он.
Девушка замерла и стала внимательно изучать незнакомца. А незнакомец ли он? В очередной раз прищурилась. Серое вещество нещадно работало некоторое время и, в конце концов, удивило своими итогами. Он определенно ей был знаком! Она отступила на шаг. Высокий, ей пришлось задрать голову, мощный разворот в плечах, тонкая талия, длинные сильные ноги. Она осматривала его с головы до ног, он же в свою очередь терпеливо ждал её выводов. Девушка снова взглянула ему в лицо. Густые, слегка волнистые каштановые волосы были зачесаны набок, прикрывая высокий лоб. Его тёмные брови и длинные ресницы, как неотъемлемая часть чарующего ансамбля, придавали взгляду особое качество. Улавливался взгляд хищника, мечтающего о начале охоты. И глаза… Янтарные, такие необычные, будто светились изнутри, как драгоценные камни. Чувственные пухлые губы были чуть приоткрыты.
— Александр, — выдохнула Эсфирь.

     В ответ мужчина улыбнулся ей и с облегчением вздохнул. Память об этом мире не исчезла из неё окончательно. И все те годы, что она провела среди людей, не уничтожили её личность, как хизгроу, полностью. У неё ещё есть шанс остаться и жить в родном мире.
— Мы дома, Эся, — тихо произнёс он.
Неожиданно Эсфирь переключила своё внимание с Александра на себя. Она ухватилась обеими руками за свою грудь, а глаза её округлились, как два теннисных мячика.
— Это что такое? — она явно говорила о своей груди. — Я же взрослая! Как такое может быть!? Что происходит?

     Мужчина чуть помедлил в замешательстве. Он не ожидал этого.
— А что ты помнишь, Эся? — всё так же спокойно спрашивал он.
— Так…, — девушка и сама уже поняла, что происходящее сейчас с ней, это не простые будни, и что-то явно способствовало её нынешнему состоянию. — Я помню тот день, когда ты увёз меня из дворца. Против воли моей матери, — она ковырялась в воспоминаниях, боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть их. — Говорил, что меня нужно спасти. И что-то про заклятие. Мама хотела остановить тебя, она плакала. Но ты стоял на своём, а я хотела с тобой. Не слушала её. Ещё я помню… Помню, — девушка прервала свой доклад. — Нет, больше ничего.

     Александр задумался.
— Вспомнишь, у тебя будет ещё на это время. Важно, что мы целы и вместе вернулись в Онхариолт.
— Только это важно? Алекс! Ты эгоист! — запричитала Эсфирь. — Я не помню, как выросла. Моё тело мне вообще не знакомо. Ты посмотри на меня! — она и сама пыталась со стороны оценить все изменения, что сейчас обнаруживала.
Девушка ощупывала себя, не веря глазам. И тут она воскликнула:
— О, Создатель! Где моё детство? Мне же должно быть восемь! — она с переменным ужасом и мольбой в глазах всматривалась в брата. — Ну что ты смеёшься?
Пока Эсфирь оглядывала себя, Алекс с улыбкой наблюдал за ней.
— Да, Эсфирь, ты всё тот же ребёнок…
— Алекс, ты злишь меня, — в ответ улыбнулась она. — Я тебя поколочу! — и двинулась в его сторону.
Александра будто подменили. Он так резко отпрянул, что не удержавшись, упал на землю.

— Нет! Не трогай меня, — успел выкрикнуть он. — Не приближайся!
Девушка замерла.
— Что?
— Ты и этого не помнишь? — удивился он.
Алекс указал взглядом на её руки.
— О чём ты?

13 лет назад

     Эсфирь опустила взгляд на ладони, а картинки из детства стали одна за другой проясняться в голове. Девушка вспомнила, как она пряталась во дворце, когда войска родной матери Александра подошли к Этельстоуну. А так же вспомнила своего младшего брата Каспия, которого умертвила своими руками, но не по собственной воле, конечно. Она бы никогда не осмелилась на подобное, видит Создатель. Но что было взять с маленькой принцессы, которая до ужаса была напугана кружащими вокруг неё событиями. Александр нашёл её в кабинете отца, прячущуюся под рабочим столом с братом на руках. Восьмилетняя девочка ещё не понимала, что натворила, но вернуть к жизни брата уже никому бы не удалось. Тело младенца впитало яд принцессы Эсфирь и за считанные минуты освободило душу хизгроу. Александр до сих пор был в неведении, что сталось с тельцем, и должным ли образом был похоронен принц.

     Шигео, Александр и Эсфирь стремительно покидали земли Этельстоуна. Подальше от кровопролития, подальше от войны. Они укрылись в Облачной долине, личном поместье Александра, которое располагалось за вереницей Обхванских гор.

     Перед тем, как окончательно принять решение о перемещении сестры в мир людей, Александр прожил с ней в поместье ещё несколько дней. Теплилась надежда, что Кристина, его мать, отступится от своих идей о завоевании самого богатого королевства мира хизгроу, и они смогут вернуться к обыденной жизни. Но мыслями можно было тешить себя сколь угодно, а правда казалась ужасающей. Проклятая принцесса Эсфирь, проклята своей собственной матерью, уже никогда не смогла бы жить, как раньше. Неся груз из двух душ самых любимых ей хизгроу, принцесса отчаянно искала внимания брата.

     Злость на несправедливую судьбу сжирала ребёнка изнутри. Но ещё хуже стало в тот самый момент, когда она осознала, что брат перестал её обнимать. Это было невыносимо. Это было больно.

     Маленькая принцесса истерила не останавливаясь. Её крики разносились по всей округе. Она часами билась в закрытую дверь покоев брата, и никто из слуг не мог её успокоить.
— Ты больше не любишь меня? — сквозь слёзы во весь голос кричала девочка. — Почему ты со мной не играешь? Алекс, открой мне дверь! Я буду послушной… Открой же!
Эсфирь не выпускала дверную ручку из своей руки. Свисала с неё, еле касаясь коленями пола. А когда её пытались увести в комнату, всю долину одолевали писки и вопли принцессы. Как-то даже умудрилась покусать одну из молодых служанок. И так изо дня в день.

     Девочка отказывалась есть и пить. Упиваясь горькими слезами от обиды на любимого брата, она просто ещё не до конца понимала, почему он так резко охладел к ней. Обессиленная, она засыпала под его дверями и бормотала, сползая на пол и хлюпая носом:
— Я обещаю, что не буду больше подкладывать тебе лягушек в постель. И не буду прятать твой меч. И говорить кухарке Китти, что ты влюблён в неё. Я буду хорошей, обещаю… Только выйди ко мне, выйди…

     Под своё же лепетание девочка засыпала, и слуги, наконец, могли перенести её в комнату. Но какого же было самому Александру в такие моменты…

     Понимая, что Эсфирь копается в своих воспоминаниях, Александр и сам на какое-то время ушёл в них. Прокручивая в голове события давних лет, он всё ещё сидел на траве и уже стал немного сомневаться в правильности своего решении по переносу сестры в мир хизгроу. Но он в ней нуждался сейчас не меньше, чем тогда в детстве. Их тянуло друг к другу с самого первого взгляда. И не важно, что Силеста, королева и мать Эсфирь, была самым рьяным противником их дружбы. Разлучить их так она и не смогла, а только усугубила отношение дочери к себе. В тот вечер, когда хранитель Шигео уже готов был перенести принца и принцессу в мир людей, Александр решился на правду и рассказал маленькой девочке обо всех действиях своей матери и её матери, об их вражде и конкуренции… Эсфирь, не смотря на свой юный возраст, всё прекрасно поняла, но сконцентрировалась именно на той части истории, что была для неё более важной на тот момент – её хотели разлучить с братом! И за это она мгновенно возненавидела свою мать. Нельзя было дотронуться до Александра. Вот почему он скрывался от неё, вот почему они перестали общаться. Её касание могло убить его. Маленькая Эсфирь сидела на коленях хранителя Шигео Сэки и горько плакала. Хранитель успокаивал ребёнка, поглаживая по голове. Алекс всматривался в ночное звёздное небо за окном.
— Эся, мы решили заблокировать для тебя воспоминания о жизни в Онхариолте прежде, чем отправиться в мир людей, — тихо произнёс Алекс.

     Девочка хлюпала носом и растирала слезы по раскрасневшему личику. Она не хотела мириться с бегством из родного дома, но готова была следовать за Александром хоть на край света. В её голове не укладывались его слова.
— Как это? — продолжала хныкать она. — Я тебя не буду помнить? Совсем?
— Не только меня, — кивнул Алекс. — Ничего не будешь помнить из своего детства.

     Он ближе подошёл к Шигео и опустился на колени перед сестрой.
— Меня не будет с тобой некоторое время там. Мне нужно будет вернуться сюда. Но там ты будешь в безопасности. Тебя никто не станет искать среди людей.
— Это не честно! Я не хочу без тебя, — запищала Эся и потянулась к брату.
Шигео вовремя перехватил её ручки и крепче прижал к своей груди. Эсфирь заплакала ещё громче. Сопереживание и боль читались и в глазах Александра. Шигео видел, как страдает принц. Уже тогда его удивляли отношения брата и сестры. Слишком тянулись друг к другу. Слишком…

— И что же дальше? — очнулась от воспоминаний Эсфирь.

     Александр поднялся на ноги.
— Мы отправимся в моё поместье. Я узнаю эти места, — он оглянулся. — Правда уже темнеет, нужно поторопиться.
— Веди! Я за тобой.

     Какое-то время двигались вдоль реки. Алекс шёл впереди, за ним сестра. Он то и дело оборачивался. Сомнения не покидали его. Эсфирь молчала. И было жутко интересно, о чем она сейчас думает.
— Ты обижена на меня? — решился на вопрос Алекс.
— Я не знаю…, — тихо отвечала девушка. — Я ещё не привыкла, мне нужно время.
— Я старался, как лучше…
— Даже не сомневаюсь в этом, — прошептала она.

     Алекс свернул от реки к лесу. Солнце уже почти спряталось, а темнота мгновенно окутала две блуждающие фигуры. Похолодало.
— Ускоримся, — скомандовал Александр. — Иначе застрянем в темноте. Придётся ночевать до рассвета.
Перешли на бег. Если его можно было так назвать, в лесу особо не разгонишься, учитывая частоту растительности. Алекс достаточно легко огибал поваленные деревья, чего не скажешь о девушке. Эсфирь то и дело сталкивалась с неожиданными препятствиями.
— Скоро уже? Я вся исцарапана, — запричитала она.
В какой-то момент она потеряла его из виду и запаниковала. Эсфирь отстала всего на несколько шагов, но из-за кромешной тьмы, казалось, что Александра даже и не слышит вовсе.

— Александр! — выкрикнула она. — Алекс, стой!
Эсфирь ухватилась за ствол ближайшего дерева и прислушалась. Где же ты? Алекс, где ты?

     Девушка всматривалась в темноту, но ничего не видела. И не страх сковывал её душу, а сильное разочарование. Алекс бросил её! И тогда бросил, и сейчас тоже… Обида переросла в злость и негодование. И если бы Александр знал сейчас, что творилось у неё внутри, он бы вряд ли поверил. Эсфирь всегда оставалась для него милой девочкой. А в мире людей он так и не успел узнать её получше. Всегда находились отвлекающие дела, которые не требовали её присутствия рядом. Девушка оперлась спиной о ствол дерева, а кисти сомкнула в кулаки. Взгляд в никуда, просто в темноту.
— И что же ты чувствуешь? Какое желание одолевает тебя?
Принцесса вздрогнула. Голос из ниоткуда требовательно продолжил:
— Хочу знать, Эсфирь, что ты хочешь сейчас сделать?
— Вон из моей головы! — прошептала девушка. — Я узнала твой голос. Появись!

     Внезапно она ощутила его руку на своём плече. Другой же он уже прижимал её к себе за талию. Эсфирь уперлась руками в его грудь. Отталкивала от себя, как могла.
— Я испытывал когда-то тоже самое, — шептал он ей на ухо, не обращая внимание на сопротивления. — И если бы не клятва хранителя, то любимая была бы со мной. Ты погубишь Александра, принцесса. А он мне куда более дорог, чем ты.
— Я совершенно не понимаю, о чём ты сейчас говоришь, — выдохнула девушка, отворачиваясь от него. — Выведи меня из леса, мне страшно.
— Для таких, как ты, неведом страх.
Шигео в мгновение переместил себя и девушку на окраину леса. Александр ждал их там, разместившись на одном из поваленных деревьев.

— Что за игры? — не совсем понял подобных манипуляций с собой и с сестрой Александр.
— Лучше бы поблагодарили, — ухмыльнулся Шигео. — Но если желаете, могу снова вернуть вас в лес. Бегайте там, словно слепые котята.
— Ты как всегда очень любезен, — сморщился Александр и приблизился к сестре. — С тобой всё в порядке?

— Да, — кивнула девушка. — Мы уже на месте?

     Эсфирь посмотрела за спину Александра, там виднелись огни, скорее всего зажженные окна здания.

     В руке у хранителя появился фонарь. Легкий огонек танцевал в нём, но и его хватило, чтобы осветить им путь до поместья.
— Как же я сразу не догадалась о тебе, — улыбнулась Эсфирь Шигео, когда они подходили к дому. – Переход между мирами возможен только благодаря вам, хранителям.
— Ты постоянно меня игнорировала, — подмигнул он. — И в том мире тоже.
— В том мире? — нахмурилась девушка. — Как это бестактно! Подло с вашей стороны, так мучить меня. Вы всё помните, а я нет. Это не честно!

     Эсфирь говорила и продолжала идти вперёд. Не заметила, как Шигео с Александром чуть отстали от неё и о чем-то зашептались, еле усмиряя улыбки. Но когда Александр не сдержался и расхохотался во весь голос, Эсфирь обернулась и, заметив, как Шигео крутит пальцем у виска, её словно молнией продрало. Подобного поведения от этих двоих она не ожидала.

     Топнув ножкой и уперев руки в бока, она громко заявила:
— Воспитанием вы обделены! Это и не удивительно!
Александру пришлось отвернуться. Наверняка он понимал, как обижает своим поведением сестру, но остановиться уже не мог.

     Шигео подошёл к девушке и, ухватив её руку в свою, стал покрывать кисть поцелуями.
— Ваше… э-э-э… Принцесса Эсфирь. Пойдёмте внутрь. Подберём для вас место для ночлега. Я приготовлю ужин.

     Эсфирь смерила хранителя не одобряющим взглядом. Шигео явно переигрывал. Неужели она настолько смешна? Или они издеваются? А может быть, всё настолько изменилось за то время, что она не помнила, что её речи действительно звучали забавно? Её взгляд смягчился. Но стало так обидно…

Следующая глава