— К обеду мы остановимся у водопадов. Отдохнём немного. Верно, ты проголодалась?
Эсфирь в очередной раз сглотнула и кивнула. Шигео был прав, иначе, почему она так не собрана? Вот уже некоторое время живот предательски урчал, а она забавно пыталась успокоить его, прижимая рукой. Девушка не помнила, как уснула, и чем вообще закончилась их игра наперегонки верхом. Теперь Эсфирь удобно нежилась, чуть ли не на самом хранителе и, уже не стесняясь, то и дело ворочалась, когда затекали ноги или хотелось сменить позу. Пару раз Шигео получал от неё по подбородку. Нечаянно, конечно. Терпимости хранителя нужно было отдать должное. Шигео приложил не мало усилий, чтобы она расслабилась и перестала краснеть, каждый раз, когда встречалась с ним взглядом при обороте. Вообще ей уже казалось, что хранитель ни на секунду не сводил с неё глаз. А задаваться этим вопросом следующие пару часов поездки стало, в конце концов, скучно. Хранитель взял на себя роль рассказчика местных сказок. И время от времени по лесу между деревьев разносился звонкий смех принцессы Онхариолта.
— Хочу остановиться здесь, — поравнялся с ними Александр.
Шигео кивнул.
Они подобрались к холмам Тохис, которые вереницей окружали скальную местность, что окутывала родной замок принца. «Кристина» славился неприступностью и жесткостью, но с недавних пор, брошенный хозяйкой и её верным спутником, сгнивал в вечном мраке. Александру, как и любому ребёнку, выдался случай взглянуть в историю своего воспитания и родительской любви. До того момента, как в их семье появился Юджин, будущий король и помыслить не мог, что являлся бастардом от короля Онхариолта. Разница между Юджином и им, не только внешне, но и направлениями в Дарах, внесли такую неподготовленную ясность. Александр пересмотрел своё отношение к матери, к её мужу, брату и даже к себе. Его гордость храбро встретилась с обязанностями, возложенными на наследника трона огромного королевства. Мило… Даже слишком.
Мальчик самостоятельно покинул родной дом и отправился знакомиться с отцом. Удалось. Его приняли во дворце… Скоро в его жизни появилась Эсфирь.

Шигео наблюдал за принцессой, оставаясь пока невидимым для неё. Девушка прогуливалась по густо заросшей поляне, разминая ноги и напевая песенку, которую, как она поняла, неожиданно вспомнила из своего забытого прошлого. Поравнявшись с деревом, в зарослях которого скрывался хранитель, Эсфирь уже не просто напевала мелодию, а точно воспроизводила куплеты всем известной колыбельной среди хизгроу.

— Я помню эту песню…
Принцесса испугалась, но не на столько, чтобы подпрыгнуть или вскрикнуть. На её лице проявилась досада от того, что её прервали.

— Думаю это из-за твоих сказок, — улыбнулась девушка. — Я вспомнила её, слушая о жизнях себе подобных.
Эсфирь продолжила свой обратный путь к стоянке. Шигео последовал за ней.

— Будет возможность, я расскажу больше.
— И я тебе благодарна, — через плечо кинула девушка.

— Эсфирь, остановись.
Она выполнила просьбу и обернулась.

— Что?
Шигео уже стоял подле неё.
— Закрой глаза, — улыбнулся он девушке, и в его глазах заплясали искорки.

— Зачем? — насторожилась Эсфирь в ответ.
Хранитель с принцессой стояли друг против друга в центре поляны. И если не знать, что они были лишь принцессой Онхариолта и хранителем границ двух миров, то с уверенностью можно было дать оценку подобной энергетически заряженной ауре вокруг пары. Александр бегал на смотрины замка и не мог видеть этих двоих, поглощенных вниманием встречных взглядов. Скорее они и сами этого не осознавали. То, как смотрели друг на друга. То, как переживали близость… И то, как страдала их материя от прикосновений. Слишком много времени они провели порознь в мире людей и слишком мало в этом.
Шигео теперь будет каждый раз проверять её и Александра. Насколько хорошо тот может контролировать сестру, и какую именно опасность она несла в себе, находясь на довольно больших расстояниях от опекуна.

— Маленький эксперимент, — сладко промурлыкал хранитель.
Эсфирь съёжилась. Недоверие к его приятным ноткам в голосе, говорило только об одном, нужно держаться подальше от прихвостня будущего короля.

— Нет-нет. Не нужно, — резко отвернулась от Шигео девушка.

— Эсфирь, — хранитель в мгновение перехватил её руку и, как это было перед поместьем в лесу, стал покрывать её кисть поцелуями. — Милое ты создание, чего боишься? Я совсем не опасный.
Девушка тщетно пыталась освободить руку. А такое поведение хранителя растопило её сердце, и она звонко рассмеялась.
— Перестань же, мне щекотно…
— Ну? — Шигео остановился очень близко к её лицу и взглянул прямо в глаза. — Обещаю, я очень осторожно. Заметить не успеешь. Пожа-а-алуйста…
Эсфирь сдалась. Да и как можно было устоять перед такими бездонными голубыми глазами?
Хранитель довольно улыбнулся.
— Не переживай, принцесса, — он ближе и ближе подбирался к девушке. — Нужно, чтобы ты расслабилась. Ложись на траву.
Во взгляде Эсфирь явно читалась растерянность.
— Погоди-ка, постелем что-нибудь.
Шигео быстро справился с пуговицами и снял свою рубаху. Бросил её позади принцессы, а сам принял полулежащую позу, взглядом приглашая её сделать тоже самое. Принимая её робость и смущение перед его обнаженным торсом, а именно они играли сейчас ему на руку, он предложил свою помощь. Опустив свою руку ей на спину, и придерживая её, осторожно уложил Эсфирь на рубашку, не убирая своей руки, как и планировал. Было необходимо прикасаться к её открытой коже, Шигео отчетливо прошептал:
— Теперь закрой глаза.
Взглянув ещё раз на экспериментатора, она подчинилась. Хранитель сосредоточился на девушке, а вернее на её Даре и сделал то, к чему и сам совершенно не был готов.

— Эсфирь, Эся, — медленно проговаривал имя девушки Шигео, всматриваясь в её умиротворенное лицо.
Находясь уже под его гипнозом, она потянулась на голос и беззвучно ответила:
— Да?
Тогда и сам Шигео закрыл глаза, потому как планировал войти с ней в контакт более близкий, чем она бы когда-нибудь ему позволила. Маленькая хитрость могла стоить ему жизни, поэтому он никогда не расскажет об этом диалоге Александру.
— Ноэль или Эстель, Эсфирь? — возможно странный вопрос, но ответ для него был важнее его данного слова Древу. — Какое имя? Как ты мне позволишь тебя называть?
— Именем от отца…
— Отца Кадвиара? Короля Онхариолта?
— Нет…
Шигео контролировал своё тело. Но истерику самого хизгроу внутри еле сдерживал. Чтобы ненароком не ранить самого себя такими глубокими переживаниями, он часть их сбросил на материю. Сердце заколотилось сильнее, тут же вспотели ладони, неравномерное дыхание, сейчас всё это и спасало и мешало получить тот самый нужный ответ.
— Как зовут твоего отца?
— Я не помню.
— А его цвет глаз? Любимое высказывание? Может быть, он был и матерью…
— Он у меня один, да.
Шигео было не достаточно, он продолжил:
— А где он живёт?
А если она даст ответ? Шигео запаниковал. Нужно ли было дотягиваться так далеко, преодолевая тысячелетия бытия и множество иных жизней? Зачем стремиться снова к смерти? Если уже не единожды он пытался. Пытался. Как именно? И сам того отчетливо не помнил, но брал информацию из дневников Верхнего. НЕТ! Не сейчас… Опасность перед выбором между привязанностью к принцу и своей избранницей не дадут ему спокойного существования и выполнения данных обязательств. Шигео открыл глаза и стал вытягивать руку из-под её спины, чтобы прекратить общение, но принцесса за долю секунды до полного отстранения прошептала:
— А мой дом в облаках…
Сама открыла глаза.

Его словно подменили. Шигео огромными шагами пересекал поляну в направлении стоянки с лошадьми. Девушка еле поспевала за ним. Чаще смотря себе под ноги, чтобы не оступиться в этой гонке за хранителем, девушка не сразу сообразила, что так пугало и настораживало в его теле… Скорее даже, заинтересовало! В очередной раз, подняв глаза, она снова заметила непонятную тень, что проползла по его спине. Одно дело давать оценку оголенному торсу мужчины, за которым приходилось, чуть ли не бежать, а другое — понимать, что эту привлекательную часть тела охраняет нечто невероятное, но довольно знакомое. Тонкий хвостик медленно ускользал под пояс брюк впереди идущего. Эсфирь подалась вперед, совершенно не осознавая, что, мягко говоря, без стеснения пялится на пятую точку Шигео. Любопытство так её захлестнуло, что остановись сейчас хранитель, она бы таки добралась до его брюк и полезла бы туда в поисках неведомой зверюшки.
Шигео нарочно замедлил шаг. Через плечо наблюдая за любопытством принцессы, он баловал себя довольной улыбкой. Эсфирь не смотрела уже под ноги, поэтому то и дело спотыкалась и забавно старалась хотя бы не упасть. Она так и продолжала сверлить то место у пояса, куда именно уполз дракон. Явные вопросы крутились в голове, но так и не слетели с уст. Мужчина ещё более замедлился и остановился. А девушка, одолеваемая одним из не малоизвестных пороков материи и духа, потянула-таки ручонку к поясу на брюках. Очень медленно и аккуратно она подцепила указательным пальчиком пояс и оттянула его на себя, заглядывая внутрь.
— О… Что там такое, Эсфирь? — зашептал сверху Шигео.
— Там кто-то есть, — шепотом ответила и принцесса.
Девушка ни на секунду не отводила взгляда от таинственной темноты. А Шигео демонстративно шумно вздохнул и уже громко ответил:
— Это я там, Эсфирь. Там я есть!
— Да нет же… Не ты! Туда уползла твоя татуировка, — не поднимая головы, быстро залепетала девушка.
И уже через секунду, будто опомнившись, отшатнулась от мужчины и ещё быстрее заговорила:
— Прости меня, пожалуйста. Но я действительно видела! У тебя тот рисунок на груди… Он… Ожил и пополз по телу. А потом туда уполз! — она ткнула в ту самую часть тела.
— Угу… Прямо туда. Наверно перекусить чем хочет?
Шигео терпеливо ждал очередной реакции. Но Эсфирь молчала, вглядываясь в глаза Сэки, пыталась понять, почему его шутка её не трогала.
— И ладно, — отмахнулась девушка, намереваясь пройти мимо.
— Хочешь посмотреть? — теперь уже он шёл за ней следом.
— Нет! Это некрасиво было с моей стороны. Я признаю. Я забылась… Извини меня ещё раз.
— Это вполне логично, Эсфирь. Ведь ты не помнишь основную часть своей жизни. А кем ты себя ощущаешь в большей степени? Неужели взрослой девушкой?
— Так вот ты о чем? — резко развернулась к нему принцесса. — Я значит ребёнок, потому что не помню, как выросла? И веду себя глупо. Как… Как дура! Да?
Шигео легко закивал головой.
— Есть такое, этого никак не скроешь.
— Ух! — вспыхнула принцесса. — Ты на себя посмотри! Грубый! Такой самодовольный! Шутник! — девушка подыскивала подходящие определения. — И весь такой… Прям вот…
— И словарный запас тоже тебя выдаёт.
— Перестань! — взвизгнула Эсфирь. — Вы нарочно меня изводите с Александром. Как эти… Фокусники!
— Клоуны, — поправил её хранитель.
Эсфирь подалась вперёд со всем своим негодованием. Ткнув в грудь Шигео пальцем, она прошипела:
— Я прекрасно помню, что терпеть тебя не могла в детстве. Моё к тебе отношение не изменилось, хранитель Сэки!
— Это вызов? — прищурился мужчина.
— Прими просто, как факт моей неприязни к тебе.
— Я хорошо это запомнил, — кивнул Шигео.

— Дракон? — рассмеялась девушка.
— Да, самый настоящий, но ещё маленький. Малыш совсем…
— Да, конечно, хочу посмотреть, — улыбнулась Эсфирь.
Алекс поднялся на ноги, за ним Эсфирь.
— Будьте аккуратнее, — просил Шигео, внимательно всматриваясь в принцессу.
Хранитель остался сторожить покрывало с разложенными скудными яствами, а брат с сестрой двинулись в сторону возвышающихся скальных выступов.
Физический голод-то она утолила, размышлял Шигео. А вот, что делать с её желанием разрушать всё вокруг? Алекс признался, что отвлекся. И Эсфирь тут же стало тянуть на неизвестное ей… Хорошо, что они в лесу, отлично, что вокруг нет других хизгроу, и спокойно потому, что нет поблизости крупных животных. Для неё не важна материя жертвы. Сама суть Дара, уничтожение, вот, что привлекает Александра в принцессе. «Печать» и как название себя оправдывает. Если насилу проникать сквозь Дар к хизгроу, она оставляет отпечаток, точнее сказать дыру, тем самым ослабляя самого хизгроу до стадии самоубийства. Даже если душа продолжит бороться за своё место в материи, сил для этого надолго не хватит. Так или иначе, хизгроу вернётся к остальным, оставив Онхариолт, и будет парить вне молекулярного пространства. Шигео откинулся на спину. Ушёл в воспоминания…
А ведь девушка казалась ему совершенной и такой родной…
— Кем же ты была в прошлой жизни? — вслух произнёс хранитель. — И что нас связывало между собой?

— Он не очень любит воду. Но чувствую его именно там, — Александр махнул в сторону водопада.
— Я пойду, посмотрю…

Девушка аккуратно ступала по мокрым камням.
— Эся, если ты упадешь, я не помогу.

— Я не упаду!
— Какой же ты ещё ребёнок! — проговорил Александр.

А ей же не терпелось увидеть невиданное.

Настоящий, что ни на есть настоящий черный дракончик. Малыш прыгал на уступе перед самой водой, славливая пастью капли воды. Его хвост будто сам по себе существовал — скакал из стороны в сторону. Довольное урчание при каждой пойманной капле. Озорная игра заставила рассмеяться.

— Какой он потешный! — воскликнула девушка.

Малыш обернулся и взору наперёд сразу вышли его многочисленные белые зубы и широкая пасть с высунутым языком. Дракон замер. Девушка так же затихла. И так они всматривались друг в друга некоторое время, пока дракон не решил ретироваться, юркнув куда-то под камень.

— Испугала его, — подошёл сзади Александр.
— Я не хотела, — расстроилась Эсфирь.

— Теперь никогда его не увидим, — вздохнул принц.
— Жаль, конечно, — вздохнула и девушка.

— А каким он был хорошим драконом, — мелодично и печально затянул дальше Алекс.
— Почему был? — не поняла принцесса.
— Если дракона испугать в таком юном возрасте, то он обычно не выживает. Он сейчас спрячется глубоко в земле и больше не выйдет на свет дневной, есть ведь нечего, вот и погибнет…

— Ах, как это печально! Почему ты мне сразу не сказал об этом? Я бы молчала… Алекс!
— Да, очень прискорбно, — казалось, Александр сейчас расплачется. — Но уже ничего не поделаешь. Пошли обратно, — тихо продолжал принц. — Теперь ты будешь по сдержанней…

Не успели Эсфирь с Александром свернуть к поляне, где оставили хранителя, как оттуда послышались вопли того самого «стража порядка».
— Рю!!! Паразит ты такой! Да что ты цепляешься вечно к моей обуви?
— И не только к обуви, заметь, — улыбаясь во весь рот, Александр вышел к стоянке.
— Я одного не понимаю, как ему удаётся так лихо её стянуть!
Шигео натягивал обувь обратно на ногу, а черный дракон уже слюнявил его вторую обувку. Отмахиваясь от дракончика, Шигео не переставал стыдить малыша за его проказы. Тот же в свою очередь, довольный и счастливый за то, что оставил-таки хранителя босым, уже перепрыгивал с одного камня на другой, славливая мошек. На протяжении нескольких лет, пока Александр прятал дракона у себя в клубе «SkyLand» в мире людей, при каждой встрече хранителя и дракона, случались стычки. Рю словно не мог себя заставить слушаться даже Александра. А Шигео вскоре научился благодарить дракончика за то, что тот напоминал ему о постоянной бдительности. Пока этот черный комочек крутился поблизости, нельзя было предугадать, что он выкинет в следующую секунду.
— Эх, так ты меня разыграл, — досадовала принцесса, глядя на Александра.
Тот довольно улыбнулся и присел на корточки, протягивая руки к своему дракону. Малыш тут же бросился к хозяину.
— Ни единому вашему слову верить нельзя! — топнула ножкой Эсфирь.
Хранителю тоже досталось от девушки. Она выпустила в него обиду в виде надутых губок и хмурого лица. Шигео не совсем понимал, чем заслужил такой выпад от принцессы и решил сразу разобраться.
— А я тут при чем? Что он тебе наговорил? — кивнул он в Александра.
— Сказал, что драконы погибают в недрах земли, если их потревожить хихиканьем, пока они играются с брызгами от водопада! — махнула рукой в брата, который поглаживал урчащего дракончика по животу.
— Так и сказал? — удивился Шигео, поднимаясь на ноги.
— И что мне нужно быть посдержанней.
— Что-то ты разговорилась, — ухмыльнулся принц. — Неужели ты думаешь, что Шигео горит желанием выслушивать твои обиды? Пара сказок и ваша совместная конная прогулка не делает вас друзьями.
Проговаривал Александр это так, будто сам решил сейчас окончательно, какими должны устояться отношения между принцессой и хранителем. Словно указ слетал с его уст, так между делом, особо не напрягаясь, поставил точку-роспись в конце данного документа. Если Эсфирь снова чувствовала себя неуютно перед непониманием его высказываний, то Шигео прекрасно осознавал, какова же была истинная причина королевского недовольства.

— Ну что? Искупаемся? — решил разрядить обстановку Шигео.
Александр с удовольствием согласился. В горной реке освежиться рада была и принцесса, но осознав, что её спутники, не стесняясь, скидывают с себя всю одежду, очень быстро скрылась за ближайшим деревом.
— Какой кошмар, какой кошмар, — причитала девушка, покраснев. — Бесстыжие!
Сорвала маленький цветочек и, оперевшись о ствол, стала перебирать лепестки.
— Эсфирь! — выкрикнул хранитель. — Ты с нами?
Совсем ополоумели? Эсфирь сползла по стволу к основанию дерева и нервно заикала.
— Идёшь или как? — оглушил сверху голос Шигео.
И вот тут принцессу накрыло. Икоту как рукой сняло, зато подпрыгнула девушка так неожиданно и высоко, что и сам хранитель отскочил от буйной и нервно размахивающей руками.
— Уйди-уйди-уйди…
Эсфирь зажмурилась, что есть силы, и особо не разбирала в какую сторону выкрикивает это уйди.
— Эсфирь, — Шигео ловко ухватил её за запястье. — Я вполне одет, если ты об этом.
Девушка всё ещё не открывала глаза.
— Ну же?
Принцесса осторожно приоткрыла сначала один глаз, и, убедившись, что хранитель остался в своих штанах, открыла второй.
— Ши! Что ты её уговариваешь? — послышался голос Александра. — Пусть остаётся. Пойдем уже.
— Оставляю с тобой Рю, — хранитель выпустил руку девушки из своей и указал на дракончика, который весело прыгал по травке и вилял хвостом. — Не проказничайте только.
Эсфирь с облегчением вздохнула, когда Шигео и Александр скрылись за каменным уступом.

— И что ты так смотришь на меня? — спросила девушка у черной морды с многочисленными белыми зубками и алым языком на полметра. Эсфирь каким-то чудом собрала свои волосы в пучок на макушке и закрепила стебельком от цветка.
— Кр-р-р…
Она осторожно протянула руку к дракону. Тот тут же прикрыл пасть и уставился на её ладонь в немом ожидании. А желал он ласки. И так долго этого ждал, что сам подстроился под неуверенную руку и стал с охоткой тереться об неё. Он был не холодным, как казалось на первый взгляд. И не отвратно склизким. Его чешуя переливалась в лучах солнца, а на ощупь была теплой. Гладкая и прочная, скорее от того, что молодая, в некоторых местах собиралась складочками, а чешуйки вставали дыбом от приятных ощущений. Дракон заурчал ещё громче. И в какой-то момент прекратил тереться и встал на задние лапы. Протягивая передние лапки к девушке, не ясно прокряхтел:
— Нкря-кру-крё-о-о-ок…
— Я не понимаю тебя, — расстроилась девушка.
— Кру-крёк, — быстрее повторил Рю.
— И что? — нахмурилась она.
— Крюки!
Эсфирь сморщилась. О чем просил дракон, уже не трудно было догадаться. Ему хотелось на руки. Но сможет ли она его удержать, Эсфирь сомневалась. Поэтому легонько стала отсылать надоеду, отмахиваясь рукой.
— Иди, гуляй по травке. Иди…
Дракон с неохотой повиновался и поникший поплелся в сторону поляны. Но тут же его настроение улучшилось, как только он приметил знакомые одежды, оставленные мужчинами. Недолго думая, Рю вприпрыжку подобрался к куче и стал мусолить её из стороны в сторону разбрасывая по всей поляне. В первую очередь досталось обуви. В один миг сапоги Шигео превратились в бесформенные кусочки. Снова окунув морду в рубаху хранителя, он глубоко вдохнул того запах и отчетливо прокряхтел:
— Моё-о-о-о…
Загребая лапками рубашку под себя, он стал быстро разгребать ямку в земле, в которую тут же уложил рубашку. А уже в следующее мгновение закапывал своё добро под хорошим слоем грунта.
— Ой, Рю, что ты делаешь? — воскликнула принцесса, увидав, что вытворяет проказник. — Ах, как же так?
Девушка присела на корточки к дракончику и его ямке и стала выгребать одежду Шигео из неё одной рукой, другой же отталкивала дракона, который старался ухватиться за своё награбленное пастью.
— Мне страшно представить, как тебя накажет хранитель, — зацокала язычком Эсфирь. — А ведь и мне может достаться.
Теперь она с досадой осматривала ошметки, которые раньше носили гордое название — одежда.
— Они же голые! — вдруг вспомнила принцесса.
И не успела она произнести ещё что-то, как дракончик выхватил у неё из рук тряпки и быстрее белки взобрался на ближайшее дерево.
— Нет-нет-нет, — выкрикивала принцесса и уже готова была лезть на дерево за проказником. — Рю! Верни! Я с тобой дружить не буду!

Когда Эсфирь уже уцепилась за ветку, чтобы подтянуться, как снизу послышался голос Александра:
— Эсфирь, не нужно тебе лезть туда, Шигео сам справится.
— О-о… Алекс! А откуда у тебя одежда другая? — удивилась принцесса.
— А ты не думай об этом. Нас же «маг всех времён и народов» сопровождает. Всё что угодно достанет.
— На тебе странная одежда, — сморщила носик принцесса.
— Ты права. В любом случае понадобится наша, в которой были. Но не лезь на дерево, пожалуйста.

— Там Рю, я его сейчас сгоню оттуда! Он утащил вашу одежду.
— Эсфирь, — чуть повысил тон Александр. — Слезь с дерева!
— Подожди…
Принцесса не слушалась, а Алекс не решался на другие действия. Важно не касаться до кожи Эсфирь. Её кожа — это яд для него. А умирать принц в ближайшее время не планировал.
— С сестрой справиться не можешь? — ухмыльнулся Шигео.
— Не лезь, — рыкнул в сторону появившегося хранителя будущий король, снова обернулся к принцессе. — Эсфирь, слезай с дерева. Ты можешь пораниться или упасть.
— Я бы на твоём месте просто стянул её, — Шигео сделал шаг по направлению к непослушному ребёнку.
— Я тебе не позволяю! — остановил его Александр.
— Что для тебя важно? Чтобы я к ней не прикасался, или чтобы она шею себе не свернула?

Хватило и пары секунд, Эсфирь ухватилась за сухую ветку, которая обломилась под её весом, и девушка соскользнула по стволу вниз, оцарапала ногу.

Александр было подался к сестре, но вовремя остановился.

— Ты, как малое дитя, Эсфирь.
Шигео чуть прищурился, продолжая всматриваться в растерянную девушку-непоседу. Он понимал, что царапина была неглубокая, но приносила дискомфорт, и щипало так, что время от времени она морщила носик и становилась ещё более забавной, помимо того, как вырисовывалось её пренебрежение к его словам. Но принцесса так и не позволила хранителю осмотреть ногу. Они расположились на низко склонившейся ветке дерева. Эсфирь продолжала сопеть и отворачиваться, избегая пристального взгляда мужчины. Шигео же наоборот, был настроен решительно, даже в такой мелочи, как осмотр царапины.
— Шрам останется, — не унимался он.
Эсфирь снова стала оборачиваться, показывая всем видом, что не слушает Шигео, будто искала Александра.
— А ведь принцессам не подобает шрамами своё тело украшать. Это очень некрасиво, понимаешь? Замуж выйдешь когда-нибудь. А вдруг мужа станет воротить от этого? Разведётся с тобой.
Эсфирь мельком взглянула на дотошного, чуть нахмурилась и тут же отвернулась.

— Я всё ещё жду, — мягко улыбался Шигео.
И для кого он улыбался? Шигео каждый раз, при обороте принцессы в его сторону, натягивал широкую улыбку. Но и сползала она с лица тут же, как только та отворачивалась. Забавная картина со стороны вырисовывалась. Уже раз десять улыбался, не меньше. Шигео желал излечить рану и в то же время чувствовал себя идиотом, а упёртый ребёнок, в жилах которого текла королевская кровь, воротил от него нос. Успокаивало то, что Александр не был свидетелем его клоунады.
Терпеть она не могла меня в детстве, вспоминал её слова мужчина. Что она вообще может помнить о своём детстве? Не единожды он лично способствовал изъятию её памяти. В самых разных ситуациях, и по разным причинам. Шигео понимал, что однажды будет обязан вернуть всё то, что не один год скрывал от принцессы. Но пусть это случится не в скором будущем. Шигео не был уверен, что стыд за своё поведение по отношению к принцессе не накроет его бетонной плитой, да так, что придавит в два счета, и тогда уже он не сможет больше смотреть ей в глаза. Всё-таки надо было её грохнуть там на поляне, подытожил хранитель и улыбнулся. Его масленая улыбка, обращенная внутрь самого себя, привлекла внимание принцессы. Она снова нахмурилась и спросила:
— Что? Почему ты улыбаешься?
Шигео засиял ещё ярче, опустил взгляд и теперь всё своё внимание направил на Эсфирь.
— Я вот уже пол часа тебе улыбаюсь. Ты не заметила?
— Сейчас ты по-другому улыбаешься.
— Какая ты внимательная девочка, Эсфирь.
— Что тебе надо? — для принцессы это прозвучало грубо.

Шигео не стал на этом акцентировать внимание и продолжил:
— Я хочу осмотреть твою рану. Думаю, что смогу залечить её. Ты позволишь?
— А где твой дракон? — неожиданно спросила Эсфирь. — Покажи мне его! А я тебе рану.
Шигео задумался, но улыбаться не перестал, только глаза его забегали по сторонам, выдавая растерянность. Как можно быть таким клоуном, думала про себя Эсфирь. Неужели он не понимает, что выглядит глупо, когда вот так каждый раз улыбается мне. Лучше бы он перестал это делать, иначе мне придётся стукнуть его по голове.

— Покажешь? — настаивала девушка.
Теперь чувствую себя ещё большим идиотом, продолжая улыбаться, думал Шигео. И зачем нужно было ей показывать этот фокус? Теперь не отцепится. Нужно что-то придумать…
— Ну, конечно, — радостно воскликнул Шигео.
Он спустился на землю и стал быстро расстёгивать брюки.
Эсфирь в ужасе прокричала:
— Нет-нет! Что ты делаешь? Не надо снимать, — замахала руками.
— А как тогда? — на лице хранителя повисло недоумение.
— А ты разве не можешь его вызвать? — склонила на бок голову принцесса. — Позвать его на живот или руку, — она показала пальцем в плечо. — Или туда?
— А-а-а… Так ты про того дракона, — Шигео застегнул ширинку и сел обратно.
— А ещё какой-то есть? — не поняла девушка.
— Угу, есть, — кивнул хранитель. — Но это хорошо, что ты этого смотреть не хочешь. Он не любит, когда на него просто так глазеют. Смущается очень. И потом долго в себя приходит.
— Тогда покажи!
— Ой, нет-нет, Эсфирь. Этого как-нибудь в другой раз. А того сама позови.
— Я? — удивилась девушка. — Он меня послушает? А как его зовут?
Шигео закивал.
— Послушает. Ты же ничего плохого ему не собираешься делать. Он любит ласку и нежность.
— А как это?
— Не умеешь быть ласковой и нежной? Ты же девушка.

Эсфирь насупилась.
— Умею! Я всё умею.
— Тогда пробуй…
Шигео замер в ожидании, казалось, перестал дышать. Эсфирь ещё на какое-то время задержала взгляд на голубых глазах, пытаясь разобраться, шутит ли он или на самом деле предлагает ей такие непристойности. А когда он отвернулся, давая понять, что не хочет ей мешать, она опустила взгляд на его плечо. Это было, по её мнению, самое безобидное место, куда могла приползти странная татуировка. Эсфирь огляделась по сторонам. Никого же вокруг нет, и никто не станет её ругать, если она потрогает полураздетого мужчину. Только за плечо. Одним пальчиком. Девушка пересела к мужчине ближе. Продолжая выстраивать план своих действий, она поспешила позвать:
— Иди сюда, дракончик.
Уголки губ хранителя чуть дрогнули в улыбке, но Эсфирь это заметила. Девушка вздохнула, ведь она не смогла бы увидеть дракона через ткань его рубашки. И снова взглянула на мужской профиль. Шигео склонил голову в сторону, закрыл глаза. Только тут она заметила, что у него ресницы были хоть и не длинными, но очень густыми. И видимо эта деталь тоже придавала его взгляду некий магнетизм. Эсфирь в очередной раз взглянула на плечо. Не нужно быть трусихой! Снова оглянулась — Александра не видно. Девушка чуть привстала и склонилась к мужскому плечу.
— Ау, дракончик. Я просто хочу на тебя посмотреть. Иди сюда, сюда.
Принцесса легонько постучала по плечу указательным пальцем. Шигео не шелохнулся. Эсфирь украдкой наблюдала за его выражением лица, и всё-таки решила немного отвести ворот рубахи, освобождая часть плеча и затылок от материи.
Расставив руки по обе стороны от себя, Шигео покрепче ухватился за ствол дерева. То ли ситуация его занимала, то ли девушка на него так действовала. Но останавливать её он не желал. Действительно, всем своим нутром требовал продолжения со стороны любопытного королевского ребёнка. Он так же понимал, что она, скорее всего, снова коснется его кожи и уже приготовился к этому. Но, даже так, не смог совладать с мурашками, которые стали покрывать ту часть тела, которой она касалась. Девушка словно котёнка зазывала дракончика, легко перебирая пальчиками по его плечу. И вот оно случилось. Эсфирь заметила острый кончик язычка. Будто дикая зверушка, дракон осторожно подползал к плечу через затылок. Живой рисунок замер со спины, полностью не показываясь. Зато Эсфирь так обрадовалась ему, что подалась вперёд. Следующие действия напугали даже самого Шигео, от неожиданности он чуть не грохнулся с ветки. Эсфирь каким-то чудом быстро перебралась, чуть ли не ему на колени. Одной ногой уже стояла на земле, вторую же, согнутой в колене, закинула на бедро самого Шигео. Правой рукой, теперь не стесняясь, ещё ниже стянула его рубаху вниз, оголяя большую часть груди, а левой так и продолжала поглаживать плечо:
— Иди, не бойся. Ты такой красивый. Ты же храбрый, да? Я не плохая, я очень хорошая, — продолжала зазывать девушка.
Не отрывая взгляда от показывающейся мордочки дракончика-татуировки, Эсфирь не замечала, что сейчас творилось с самим хранителем. Ладно, ему с трудом удалось удержаться на ветке, после того, как она решила взобраться на него. А о беспардонности в сторону её действий вообще стыдно было даже думать. И сейчас она была к нему настолько близко, что он мог различить самые мелкие морщинки у её глаз и волоски над верхней губой. Просто не смел оторваться от её улыбки. Его будто что-то заставляло смотреть на неё. Эсфирь звонко рассмеялась, когда дракончик полностью выполз на плечо, а голова его сформировалась в настоящую, объёмную. Девушка теперь опиралась правой рукой о другое плечо Шигео, а левой играла с уже почти не рисунком, его тонкий язычок преобразовавшейся из рисунка головы дракончика щекотал палец. Шигео же, словно завороженный, не мог отвести взгляда от девушки, и моргнул только тогда, когда защипало.
А глаза его говорили не о любви и не о страсти. В них читалась некая обескураженность. И какие именно чувства в тот момент принял в себя хранитель, автор постарается описать дальше.
Шигео испугался хизгроу, которого не смог прочесть. Уже дважды за день. Осознав, что девушка несёт в себе тот же исторический код их мира, связывающий материю с их духовным началом, как неземных существ, что и у него, он готов был передать её в Верхний мир. Существовал наказ от Создателя, не впускать в жизнь ощущений понимающего и принимающего только чувства особь в женском обличии. Поэтому он и готов был убить Эсфирь. По-сути она была таким же хранителем, как и он. Но Эсфирь не обучалась, значит, данный статус получила ещё в начале своего существования. Тогда получается, что это она приходит в их мир время от времени в виде девушки и приносит столько бед и неразберихи. Что-то стало всплывать в его памяти, но до конца так и не смог вспомнить её. Какие-то обрывки, неясные картинки. Шигео совершенно запутался в своей же жизни. И похоже он догадался, почему сейчас находился в таком замешательстве. Ведь не единожды он принимал очищающий напиток от Верхних. Этой процедуре он подвергался не один раз. Каждое расставание с женой или девушкой человеческой расы, которую подбирал для него отец, заканчивалось принятием очищающего напитка, благодаря которому в мгновение притуплялись все его чувства к прошлому. Это было необходимо для дальнейшей службы.
А что если Эсфирь связана с одной из его прошлых жизней? Что если она занимала немаловажное место в его судьбе, а служба Древу когда-то разлучила их? Скорее всего так и было. Тогда почему он не обратил внимание на эту девочку ещё в детстве?
Да что он несёт?! От воспоминания о проведенном вместе лете, мужчина в ещё большем шоке уставился на девушку. Её глаза, улыбка, голос, запах… Он терял голову. Опустил взгляд на землю, но сосредоточиться на чем-либо так и не смог. Глаза бегали из стороны в сторону, а руки уже сами тянулись к её талии. Появилось огромное желание обнять её, сильно прижать к себе и вобрать во все легкие этот родной аромат. Действительно родной, он это уже осознал. Гладить её волосы, целовать-целовать. И глаза, и лоб, и щеки, и губы… И кружить-кружить.
В долю секунды Шигео понял, что уже почти обнял её.
Остановился. Выдохнул. Снова взглянул на неё снизу-вверх и опустил руки обратно на ветку.
— Хватит, — жестко сказал он.
Эсфирь услышала его, мельком взглянула и продолжила играть с дракончиком.
Мужчина от нетерпения ухватил её руку за запястье и чуть дёрнул на себя.
— Перестань, попросил же.
Девушка послушалась. Её улыбка сникла, но меж тем она умудрилась другой рукой добраться до конца спущенной рубашки и поднять её на место. А по мере движения руки к плечу, мизинцем то и дело, совершенно случайно, задевала открытые участки кожи. Совершенно случайно! Мурашки снова побежали по телу. Коснулась живота, и кубики его пресса стали видны отчетливее. Ещё и рёберный участок, даже сосок. Всё то напряжение, что нарастало в нём от каждого её прикосновения, она ощущала на своём запястье, именно в том месте, где он держал её.
— Вот, — сладко промолвила она и взглянула на него. — Всё, как было.
Отрезать руки, ноги, потом повесить. Нет, сначала повесить! Потом расчленить. И чтобы уж наверняка – сжечь! Пепел в мешочек собрать и в воде замочить. А может рассеять где с утёса? По дороге будет один такой, рассуждал про себя мужчина, а взгляд от неё так и не отвёл.
— А дракончик к своему братику пошёл спать? — невинно поинтересовалась Эсфирь, но добила этим вопросом мужчину, что тот вскочил с ветки и снова направился к водоёму.
Эсфирь наблюдала за хранителем, который, опустившись на колени перед водой, окунул в неё всю свою голову.
Как утя, пронеслось в голове у принцессы.

16-let-nazad

— Уточка, — ещё раз проговорил Шигео. — Говори правильно. Уточка.
— Покорми, покорми её. У меня не получается.
Маленькая Эсфирь высыпала корм для птиц в руку хранителя и указала на водоём, где плавали утки. Ей тогда было пять лет, а Шигео Сэки на тот момент двести двадцать один год. Будучи хранителем уже не первый десяток лет, он продолжал нести службу Древу и большую часть времени проводил в мире людей. Но раз в полгода, по просьбе Кристины Нийред и её мужа Декстера, он посещал Этельстоун, чтобы собственными глазами дать оценку ауре, что окутывала семейные отношения старшей сестры Кристины Силесты и её мужа Кадвиара, занимающего пост короля Онхариолта.

Утро радовало обитателей дворца, свежий ветер предвещал спокойный и не жаркий день. А для большинства жителей и гостей Этельстоуна прохлада была желанней всех сокровищ мира, никому не хотелось изнывать от духоты и прятаться в тени в этот значимый день. Потому что именно сегодня начиналась череда праздников, так занятно переплетавшихся между собой. Это и День подписания мирного договора между Онхариолтом и Радуаншем, проще говоря День Соединения или День Рассвета, буквально через шесть дней праздновала свой День Рождения королева Силеста, а ещё через три дня приходил Ракхонжи-Кхэфакзан, самый яркий и продолжительный праздник в королевстве. Длился он семь недель, и описать его в двух словах не удастся, поэтому возвращаю читателя в сад, где сейчас находились хранитель Шигео Сэки и принцесса Эсфирь Эохейд. Могу только заверить, что в подобных праздниках читателю ещё не раз доведётся побывать вместе с персонажами истории.

Король Кадвиар задерживался, а Шигео использовал эту возможность для того, чтобы провести время с маленькой принцессой Эсфирь. Она не оставляла его равнодушным с самого рождения. А он никогда не упускал случая увидеться и пообщаться с ней лично. Конечно, маленькая принцесса ещё делала ошибки в речи, но её суждения о жизни во дворце и правлении королевством были поистине занимательными. Золотой комочек прыгал у края водоёма, обложенного каменным парапетом, и звонко смеялся. С последней их встречи в принцессе особо ничего не изменилось. Разве что само платье стало ещё пышнее. И как она вообще двигается в этом ворохе тканей, улыбнулся про себя Шигео. Девочка никогда не была причесана. Её волосы будто сами по себе устраивали ураган на голове, а золотые ленточки только усугубляли положение. Принцесса то и дело откидывала их назад, так как они лезли на лицо и мешали ей. А в общем Эсфирь была очаровательным ребёнком, здоровеньким пухляшом с большими карими глазами.

Хранитель опустился на колени по правую сторону от Эсфирь и стал понемногу бросать корм в водоём, на который уже сплывались утки. Они так забавно ныряли за тонувшими крошками, что Эсфирь каждый раз от восторга хлопала в ладоши.
— Попками вверх! — выдал ребёнок.
Шигео покосился на принцессу:
— Хвостиками.
— У них там попки! Я видела, как они…
Не успела принцесса договорить, как Шигео выбросил весь корм и в мгновение прикрыл рот девочке своей ладонью.
— Где ж ты этого нахваталась? — недоумевал он. — Тебе нельзя так говорить, Эсфирь.
Она же ухватилась маленькими пальчиками за его руку и оттянула от себя.
— Почему? — нахмурилась девочка. — Мне папа это рассказал.
— А-а-а, — наконец дошло до хранителя. — Ну, раз папа рассказал… Тогда ладно.
— И все так умеют делать, — важно продолжила принцесса. — И папа тоже! Я думала не умеет, а он сказал, что все это делают, как и он!
— А можно мне поинтересоваться, — начал Шигео, еле сдерживая в себе ураган смеха. — Он тебе об этом только рассказывал или показывал тоже?
— Не показывал, — грустно вздохнул ребёнок. — Просто рассказывал.
— А ты попроси показать, — подмигнул Шигео. — Вдруг это не правда.
Эсфирь надула губки и пробубнила:
— Он меня не обманывает!
— Конечно нет, Эсфирь, — Шигео убрал с её лица непослушную ленту. — Конечно, нет.
Всматриваясь в эти большие карие глаза, обрамленные длинными черными ресницами, Шигео поймал себя на мысли, что в следующей своей жене хотел бы видеть такие же. Это было вполне осуществимо. Раз его обязывали придерживаться законов по всем параметрам, то почему бы в каких-то нюансах не пойти ему на встречу.

— Принцесса, — раздался голос одной из нянек. — Вам ещё корм нужен?
По просьбе хранителя, женщина с остальными слугами стояли поодаль, чтобы не мешать общению между хранителем и принцессой, пока первый ждал короля. А так как Шигео враз выбросил весь корм, то одна из них, приметив сей момент, осмелилась напомнить, что у неё оставался ещё один мешочек.
— Да-а-а, — выкрикнула девочка и бегом рванула к няньке.
По дороге за кормом девочка споткнулась и шлёпнулась на газон. Но не успели служанки отреагировать, как принцесса быстро поднялась на ноги и побежала дальше. Не останавливаясь у женщины, Эсфирь по траектории своего движения выхватила мешочек из её рук и уже неслась со всех ног обратно к Шигео. И снова упала. Каким же полезным оказалось платье с его пышностью, которое смягчало падение ребёнка. Пробежав ещё, снова шмякнулась.
— Уф-ф-ф…
Похоже уже и сама принцесса озаботилась своими полётами. В очередной раз вставая на ноги, она отряхнула юбку, решила надуться и остаться на месте. Шигео направился к ней, рукой отгоняя служанок, мол сам разберется. Те вернулись в беседку.
— Что случилось? — опустился мужчина на колени перед девочкой. — Неудобное платье? — предположил он.
— Нет, не платье, — покачала головой принцесса. — А вон там, — глазами указала куда-то вниз.
Шигео осмелился приподнять юбки и взглянуть на ноги.
— У тебя сандаль расстегнутый, поэтому и падаешь.
Шигео попробовал застегнуть. Не получилось. Он взглянул на Эсфирь.
— Застежка-то сломана. Неужели нет других?
— Но они такие красивые, — вздохнула девочка.
— Ты же спотыкаешься постоянно. Нужно починить обувь и потом ходить в ней. А так очень некрасиво, когда ты падаешь. И платье уже грязное.
Девочка снова вздохнула. Она протянула мешочек Шигео. Мужчина принял его из её маленькой ручки, а саму подхватил на руки. И так они вернулись к водоёму. Эсфирь снова попробовала кормить уток, на это раз получилось, ведь она была выше, а корм отлетал дальше.
Через какое-то время Эсфирь заметила отца и тихо сказала:
— Папа идёт, — показала взглядом.
Шигео вместе с ребёнком на руках полностью развернулся в сторону появившегося в саду короля. Кадвиар в сопровождении слуг и охраны уже миновал входную арку. Подав знак рукой, чтобы его оставили одного, он ускорил шаг. Поравнявшись с хранителем, Кадвиар поприветствовал того в полупоклоне, на что получил в ответ лёгкий кивок головы.
— Долгих вам лет жизни, хранитель. Рад видеть вас во дворце.
— Долгих, Кадвиар, — улыбнулся Шигео.
— Эсфирь, здравствуй, — глаза короля наполнились нежностью.
Как же он любил свою дочь, не описать словами. Всё своё свободное время он посвещал ей. С самого рождения принцессы участвовал в её воспитании. И не только. По возможности брал с собой в поездки, подбирал платья и украшения для своей любимой девочки. И завтракал он зачастую в детской. Даже мать принцессы не имела возможности так часто видеться со своим мужем.
— Позволите? — взглянул на Шигео король.
Тот сразу сообразил, чего хотел отец и передал ему его дочь.
— Папочка, — улыбнулась девочка и потянулась к нему.
На такое изобилие искренней любви и ласки всегда приятно смотреть со стороны. Хранителю запрещалось иметь собственную семью в Онхариолте. Для поддержания тела в здоровом состоянии разрешались отношения в другом мире. В мире людей. Отношения были не продолжительными и, зачастую, сухими и серыми. Шигео не составляло труда поступать по отношению к своим любовницам очень даже по-человечески и без колебаний и сожалений оставлять их спустя какое-то время.
Кадвиар ещё раз поцеловал принцессу в щеку и опустил на землю. Шигео же передал девочке мешочек с кормом для птиц и переключился на короля. Эсфирь направилась к водоёму снова пробовать кормить уток.
— Славная девочка, — проговорил Шигео, провожая принцессу взглядом.
— Благодарю, — Кадвиар пристально всматривался в хранителя. — Она — моё сокровище. Лучшее, что могла мне подарить жизнь.
— А вы её не перекармливаете? Мне кажется, она немного…, — понимая, что в Кадвиаре включился отцовский инстинкт по сохранению своего дитя, Шигео перевёл разговор в другое русло.
— Нет-нет, — покачал головой Кадвиар. — Вполне здоровый ребёнок. Кристина рассказывала, что тоже была пухленькой. А потом вытянулась.
— Кристина? — резко и с удивлением обернулся к королю Шигео. — При чем здесь Кристина? Вы до сих пор встречаетесь? Как на это реагирует её муж?
Кадвиар замолчал. Он не желал отвечать на подобные вопросы. Но не ответить хранителю, всё равно, что пойти против законов Создателя. Кадвиар набрал побольше воздуха в лёгкие и было начал…
— Снимаю! — оборвал его Шигео. — Не отвечай!
Король с огромным облегчением выдохнул.
— Что на счет Александра? — тут же посыпались следующие вопросы от хранителя. — Когда ты будешь готов принять его у себя во дворце? Бастард, не бастард, но он наследник. Я так понимаю ты не планируешь сына от своей законной жены.
— Через два года, — твёрдо отвечал король. — И мне не нужен другой сын! Я вполне доволен Александром.
— А ты подумал, какая его жизнь ждёт в Этельстоуне? Твоя жена вряд ли примет плод измены с её же родной сестрой!
— Я говорил со своей женой, она вполне к этому готова.
Шигео не верил Кадвиару. Он знал и Кристину, и Силесту. И уж тем более был наслышан об их взаимоотношениях. Всматриваясь в Кадвиара, Шигео неожиданно выдал:
— Александр не похож на тебя! Ни на тебя, ни на Кристину. Я считаю это странным, но принимаю. Мальчику нужен отец. И то, что ты не отказываешься от него, говорит только в твою пользу. Но я пришёл к тебе не только справиться о здоровье и настроении, у меня есть к тебе предложение.
— Я слушаю, — спокойно ответил король.
— В ближайшем будущем я намерен использовать своё Свободное желание. У границ Югурэ наткнулся на красивый остров и решил построить на нём дом. Свой собственный. Закрытый. Стройка продлится несколько месяцев, на это время я буду отстранён от своих обязанностей хранителя. И хочу взять с собой на остров Александра.
Кадвиар ответил не сразу. С одной стороны, это звучало заманчиво — Александр раньше выйдет из-под контроля и воспитания Декстера, законного мужа Кристины, к которому он продолжал ревновать любимую, но с другой стороны, Югурэ было далеко, и он сам будет лишён возможности встречаться с сыном. И вдруг в его голове созрел отличный план. Этот шанс просто нельзя было игнорировать. Именно там он познакомит Александра и Эсфирь. Кадвиар давно хотел этого. Брат и сестра должны знать о существовании друг друга. И чем раньше это случится, тем лучше. Им же предстояло в дальнейшем жить вместе в одном дворце и делить правление королевством. Решено!
— Я согласен, — уверенно ответил король.
— Замечательно…
— Я же смогу…?
Не успел Кадвиар сформулировать вопрос, как Шигео опередил его:
— Конечно! Даже не обсуждается. Вы с Эсфирь можете приехать к нам. Как только закончим домики для гостей, я пошлю весточку.
Далее пошёл разговор о предстоящих праздниках. Король поделился своими планами, касаемыми мероприятий в честь Дня Рождения своей жены. А также о запланированном введении некоторых реформ, касающихся образования и торговли в королевстве. Из-за трений между сёстрами, Кадвиар уже который раз откладывал встречу с отцом Шигео Ясуо Сэки, тот многие годы сотрудничал с Декстером, и данный момент вводил короля в ступор. Кадвиар в некотором роде ощущал себя слабым и не уверенным. От Шигео же поступило предложение послать к его отцу Дугласа ди Вайрмонда, который отлично справлялся с переговорами. Благодаря безупречному опыту Дугласа в дипломатии, в своё время удалось заключить самые выгодные и долгосрочные договора между Онхариолтом и Радуаншем, не говоря уже о десятках мелких, но также значимых для королевства.
Шигео отводил Кадвиара всё дальше и дальше от водоёма, где играла Эсфирь, а отец даже не догадывался о намерениях хранителя взглянуть в прошлое хизгроу, который сейчас находился в теле королевского ребёнка. Это произошло неожиданно. И секунд хватило для осознания того, что хранитель всё-таки держал ситуацию под контролем. Шок Кадвиара моментально сменился на осуждение действий Шигео за то, что тот без его позволения, использовал его дочь.
Эсфирь упала в водоём. Девочка погружалась в воду, а Шигео ещё какое-то время удерживал Кадвиара взглядом напротив себя. Тот и сам не отводил глаз, в которых продолжал вырисовываться единственный вопрос: ЗАЧЕМ?

Ещё мгновение и Шигео рванул к водоёму. Распугивая плавающих уток, он нырнул за ребёнком, и, наконец, дал разрешение на реакцию всех присутствующих в саду. Няньки и слуги, будто очнулись от зомбированного сна, с криками бросились на помощь. Кто-то даже решился лезть в воду. Но не понимали, в какой стороне искать, ведь никто не видел, куда именно упала девочка. Кадвиар тоже уже был у воды. Отсчитывая секунды широкими шагами, он старался спокойно дождаться, когда появится хранитель с его дочерью. Служанки же продолжали наперебой выкрикивать имя принцессы. Хорошо хоть охрана оставалась на месте. Не получая дальнейших указаний от короля, мужчины оставались рядом, но в воду не совались.
— Ваше высочество, да что же это такое? Куда подевалась принцесса? — причитали няньки. — Она же захлебнётся!
Минута, две… Так долго. Кадвиар начинал беспокоиться. Зачем? Зачем хранителю понадобилась Эсфирь? Неужели Шигео что-то заподозрил?
— Замолчите же, наконец! — рыкнул король. — Раскудахтались, курицы!
Та, что стояла в воде по колени, вскрикнула:
— Там, — указала рукой. — Вон они!
В самом дальнем углу под ивой, Шигео с Эсфирь на руках появились из воды. Мужчина усадил девочку на каменный парапет, а сам оставался ещё в воде напротив неё. Расставив руки по обе стороны от ребёнка, он продолжил с ней безмолвное общение. Девочка вела себя тихо. Эсфирь не откашливалась и не плевалась водой, а спокойно дышала. Она не смотрела на хранителя и ничего не говорила. Их уединение скоро должно было нарушиться. Кадвиар, слуги и охрана со всех ног неслись к ним. Эсфирь всё так же молчала и не решалась взглянуть на мужчину.
— Ты же мне хотела что-то сказать, — вслух напомнил Шигео. — Ты мне обещала сказать.
Хранитель всматривался в ребёнка, а сам поверить не мог, что так сильно озаботился её ответом. Хоть какой-то знак, хоть слово, букву… Уже на всё был согласен. Не молчи же…
Понимая, что толпа только помешает и отвлечет Эсфирь, Шигео в мгновение выстроил стену между ними и остальными, где-то метров в двадцати от себя. Невидимая преграда остановила всех, кроме Кадвиара, хотя тот и сам притормозил, удивившись, как неожиданно его слуги рассыпались в разные стороны, один за другим врезаясь в невидимую преграду. Определенно без травм не обошлось, но с этим он разберётся позже. Оценив ситуацию беглым взглядом, Кадвиар снова развернулся в сторону Шигео с дочерью и очень осторожно стал подходить к ним.
— Эсфирь, — продолжал упрашивать хранитель девочку. — Эся…
Наконец она подняла глаза на хранителя. В её взгляде было что-то новое. Она будто в миг повзрослела. Толика сочувствия, нежности и чего-то ещё переплетались с уверенностью и твёрдым решением. Эсфирь протянула руки к лицу мужчины. Чуть задержала их, но всё же решилась продолжить. Она аккуратно прикрыла руками веки Шигео, тот не сопротивлялся. Значит так было нужно. Мужчина затаил дыхание и услышал голос ребёнка.
— Ты научишься видеть в пустоте. Но прежде разреши мне стать твоими глазами.

Эсфирь сама себя не узнавала, даже учитывая то, что помнила себя ещё совсем юной. Что-то ей мешало сосредоточиться на каком-то определенном настроении внутри себя, не говоря уже о зародившихся отношениях к мужчинам, которые сопровождали её. Александр был её братом, по сути, родным братом по отцу. И с какой стати её так бессовестно тянуло к нему? Но тянуло не постоянно. Она в момент забывала о нём и не вспоминала, пока тот не появлялся в поле её зрения. Загадка первая — Александр был чужим родным для неё хизгроу. Шигео. Очень понятный субъект с одной стороны и кардинально неизвестный с другой. Хранитель, и этим всё сказано! Она не совсем точно понимала, в чем именно заключалась его служба Ордену Древа. Но не единожды слышала, как отец говорил о хранителях, как о самых властных хизгроу в их мире, и о том, что они имели право предавать суду даже самого короля, если бы уловили в его действиях толику несправедливости по отношению к Создателю или законам Верхних. Отец не то чтобы боялся Шигео, но старался не контактировать с ним. А если встречи и случались, то Кадвиар знал о них заранее и старался подготовиться. Загадка вторая — Шигео для чего-то продолжал копаться в её душе и воспоминаниях.

Со своего места на ветке, девушка наблюдала за мужчинами. Александр видимо договорился с Рю, и тот вернул ему всё награбленное. Дракон продолжал нарезать круги вокруг хранителя и громко рыкать, но не мешал тому приводить одежду в надлежавший вид.

Даже со стороны было понятно, что хранителю не с первого раза удавалось задуманное. Он то и дело проверял на свет рубашки и брюки. Мужчины сняли с себя современную одежду, а Александр уже укладывал её в походную сумку, на тот случай, если снова понадобится.

Шигео пару раз оглядывался на Эсфирь. Встречаясь с его взглядом, девушка отворачивалась. Она сильно его смущалась, теребила в руках подол юбки, а хранитель на мгновение застывал, прежде чем продолжить дальше латать одежду. Александр наблюдал за поведением обоих, и ему это совершенно не нравилось.

Когда очередь дошла до обуви, Рю стал ещё выше подпрыгивать, бегать вокруг Сэки и даже истошно пищать, за что и получил по морде от хранителя. От такого хамства того понесло дальше, дракон решил использовать против Шигео своё испепеляющее дыхание. Не вышло. Пока он вбирал во все лёгкие воздух и настраивал искру для возгорания, ещё раз получил по мордахе, и от этого самого шлепка носом уткнулся в почву, да так удачно, что вдохнул немало мелких частиц. Зрачки его сузились, мордочка, казалось, позеленела, а сам он стал носиться по поляне, мелко перебирая лапками и чихать во все стороны. С этими чихами приключения не закончились. То тут, то там образовывались маленькие костерки, потому что Рю отчихивался огоньками, которые могли привести к более глобальным последствиям и вызвать настоящий лесной пожар.
Шигео с Александром теперь гонялись за драконом по всей поляне, а Эсфирь еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться от забавной картины, представленной её вниманию. Двое взрослых мужчин в трусах и босые, стараясь не столкнуться лбами и выкрикивая неприличные ругательства, пытались поймать расшалившегося дракона.
В конце концов Шигео схватил малыша и, недолго думая, швырнул в воду. Рю в панике бултыхал лапками по воде, пока не уцепился за торчащий из воды камень. Продолжая чихать и отплёвываться, он взобрался на уступ и яростно забулькал.
— Ну всё-всё, хватит уже Рю! — выкрикнул Шигео.
— Не нужно было его бить! — выпалил Александр.
— Воспитывай своего дракона, и я к нему и пальцем не прикоснусь, — продолжил Шигео.
— Что ты к нему цепляешься? — не унимался принц. — До сих пор обижаешься, что мне его твоя сестра подарила?
— Какие глупости, Алекс! — встал в позу хранитель. — Что мне до её подарка? Тем более не я к нему цепляюсь, а он ко мне. Может я пахну как-то иначе? Я не знаю!
— Воняешь! — со всей злости выкрикнул Алекс. — Пахнет он!!! Ха!
У Шигео челюсть до земли упала. Он схватил в охапку одежду, которую уже привёл в порядок и со всего размаха кинул в принца. В ответ Алекс бросился на Шигео, и уже вдвоём они оказались в реке. Алекс всё дальше тянул Сэки в воду, а тот особо и не сопротивлялся. Эсфирь испугалась за мужчин и подбежала к берегу.
— Перестаньте, пожалуйста, — просила девушка.
Александр c Шигео были слишком заняты выяснением отношений между собой и на Эсфирь не реагировали. Очень быстро их возня в воде переросла в игру. Они баловались, цеплялись друг за друга и окунали с головой под воду.
— Вонюньчик, — смеялся Алекс.
— Какой же ты вредный, — обрызгал водой принца Шигео.
Эсфирь успокоилась, села на берег и прижала к себе колени, обхватила руками. Было так приятно за ними наблюдать. Оба такие красивые и родные. Девушка опустила голову на колени и чуть наклонила её. Улыбка не сходила с её лица даже в тот момент, когда они обернулись на неё.
— Иди к нам, — предложил Шигео.
— Нет, — прошептал Алекс и нахмурился, смотря на хранителя.
— Пусть смоет с себя дорожную пыль, — обернулся к Александру Шигео.
Снова взглянув на принцессу, хранитель продолжил:
— Платье просто не снимай. Иди так.
— На ней не платье, а кусок марли! — зашипел принц. — Как только войдет в воду, всё явно выделится!
— Ты же сам ей это платье подобрал. Надо было быть полным идиотом, чтобы выбрать такое! Плечи открыты, подол выше положенного, ещё и разрез по самые трусы! — Шигео старался говорить так, чтобы сама Эсфирь не слышала.
— Да откуда я мог знать, что сейчас носят в Онхариолте!?
— Мозги иметь нужно!
Александр не нашёлся, что ответить, но Шигео решил всё-таки уступить ему.
— Эсфирь, — он снова обратился к принцессе. — Не ходи, холодно. У нас для тебя нет запасной одежды.
— Я и не собиралась, — хмыкнула девушка.
Хранитель направился было к Эсфирь, как Алекс ухватил того за предплечье.
— Ты куда?
— Осмотрю её ногу. Она так и не далась мне.
Александр разжал пальцы и кивнул. Шигео направился к берегу. Алекс шёл за ним и видел, как его сестра, словно завороженная дурочка, без тени стеснения пялится на торс хранителя. Как же ему хотелось сейчас снова натравить на него своего дракона Рю! Хранитель остановился перед девушкой.
— Ну, вытягивай ногу. Лечить тебя буду, — улыбнулся он.
Проходя мимо парочки Александр, от нечего делать, побрызгал на них каплями, что стекали по рукам к кистям:
— Развлекайтесь, — бросил он и пошёл к стоянке вытираться и одеваться.
Шигео постарался не обращать внимание на ревнивца, а сосредоточился на ране девушки. Эсфирь, уже вся раскрасневшаяся от смущения, осторожно вытянула ногу к Шигео, а другую ещё ближе подтянула к себе и закрыла лицо руками. Он опустился на колени, и сейчас её нога оказалась между его ног.
— Я же не голый, — так, между делом, проговорил Шигео, осматривая царапину. — Почему так реагируешь?
— Это позор для меня, — лепетала она в ладони. — Это очень неприлично. Меня могут за это наказать.
Шигео накрыл рану своей ладонью и тихо проговорил заклинание. Капли воды падали с его челки на ногу. Мурашки покрыли кожу девушки, ещё больше привлекая внимание мужчины. Закончив, Шигео поднял глаза на девушку, та всё ещё пряталась от него.
— Некому тебя наказывать, Эсфирь, — тихо сказал Шигео.

Ещё какие-то секунды молчания и он понял, что она заплакала. Её хрупкие плечи задрожали, а до него донеслось всхлипывание. Шигео стало очень больно за принцессу. Он, конечно, понимал больше её самой о той ситуации, в которую попала девушка не по своей воле. Представить трудно, каково же было не иметь ничего: ни близких, ни родного дома, ни поддержки со стороны, даже воспоминаний? Она осталась совершенно одна в этом малоизвестном для неё мире. Ещё какое-то время он колебался, но потом подполз ближе и обнял её. Ему самому было сложно принять от себя подобное поведение. Чего ради ему так переживать за неё? Но не решился обманывать самого себя — удел слабых ему был чужд. Если уж он и чувствовал что-то, то с радостью принимал, как подарок от самой жизни. Тем более, что подобное случалось с ним в последний раз много сотен лет назад.
— Хочешь, я тебя накажу? — прошептал мужчина.
А Эсфирь залилась слезами ещё сильнее. Она не оттолкнула его, но и не обняла в ответ. Просто позволяла утешать. Шигео пересел на землю и потянул на себя плачущую девушку. Словно маленького ребёнка убаюкивал принцессу и поглаживал по голове.
— Поплачь, поплачь. Легче станет, — продолжил Шигео.
— И зачем мне такая жизнь? — всхлипывала Эсфирь. — Никого не знаю, ничего не помню…
Шигео ощутил присутствие ещё кого-то у себя под боком. Он посмотрел через плечо и увидел Рю. Дракончик выискивал подход к девушке через переплетение рук и ног принцессы и хранителя. Сэки немного удивился, но освободил для того путь, чуть приподняв свои локти. Рю юркнул к Эсфирь и очень тихо заскулил. Шигео понял, что тот не меньше его жалеет принцессу и готов своим вниманием приободрить её. Девушка всё ещё прикрывалась руками, а когда открыла лицо и посмотрела на Шигео, у того всё внутри перевернулось. Казалось, он теряет сознание. Рю стал облизывать её руки и тереться головой о грудь и чуть выше к шее. Шигео же не мог оторвать от неё своих глаз. Его губы чуть приоткрылись, дыхание остановилось. Мужчину с новой силой накрыло желание обнять девушку, крепко-крепко. В следующий миг он это и сделал. Обнял Эсфирь, прижал к своей груди так сильно, чтобы она ощутила его тепло и новое отношение к ней. Придавленный Рю закряхтел от обилия нежности, которая чуть не сплющила его в лепёшку, и пытался выбраться из объятий хранителя и принцессы. Уже на свободе он стал с интересом наблюдать за парой. Его недоумение отчетливо вырисовывалось на морде в виде разинутой пасти и раскрытых до не нормальных размеров глаз.
Шигео отдался чувствам. Разрешил себе уйти от настоящего и окунуться в свои мечты и воспоминания. Он закрыл глаза, склонил голову так, что его губы почти касались её кожи на шее. Девушка чувствовала глубокое и ровное дыхание мужчины. Эсфирь уже сама тянулась к нему, а руки, начиная с его талии, поползли вверх к подмышкам и потом уже по спине. Тонкие пальчики касались влажной после купания кожи и оставляли приятное ощущение. Шигео жаждал продолжения. Но не того продолжения, о котором подумал читатель. Хранитель в определенный момент без какого-либо страха стал раскрывать для неё свои Дары, один за другим. Он никак не мог предположить, что встретит такую же ответную реакцию от неё. Эсфирь, скорее всего не понимала, на что отважилась. Сам он просто хотел, как можно нежнее и честнее успокоить её и одарить нежностью и любовью, на которую был вообще когда-то способен. Кто, как ни она, сейчас настолько сильно нуждалась в искренности. Но каково было его удивление, когда Эсфирь откликнулась на его душевную связь. Она была таким же хранителем, как и он, Шигео это понимал. И если бы он вовремя не остановился, то они прошли бы обряд Кходожи до конца и обратной дороги уже бы не было. Шигео с ума сходил от понимания происходящего. Эсфирь любит его, любит всей душой, но не знает и не помнит этого, потому что прячется в материальном теле, как и все остальные в Онхариолте, забытые собственным миром, брошенные на произвол судьбы.
Произойди это с другой парой, с другими хизгроу, то обряд соединения душ уже бы состоялся. Ведь обычные хизгроу имели по одному Дару. А у Шигео и Эсфирь их было по несколько. Для них требовалось больше времени. Осознавая в какую тьму Шигео мог утянуть принцессу, он остановил распознание, снова закрылся внутри тела и сосредоточился на возвращении девушки в материальный мир, из которого забирать её у него не было никакого права.
— Эся, — шептал ей на ухо мужчина. — Эсфирь.
Огромное желание называть её не только по имени сейчас боролось с его разумом. Любимая, родная, милая… Самая-самая. Но только в мыслях, не на языке.
— Эся, вернись. Вернись к нам, — продолжал шептать Шигео. — К Александру вернись, к Рю, ко мне вернись… Жду тебя.
Шигео отстранил её от себя, придерживая за спину. Он ждал, когда она откроет глаза. Ждал её возвращения в реальный мир.
— Эся…
Девушка улыбнулась и открыла глаза.
— Верни мне мою память, пожалуйста, — тут же проговорила она. — Всю. Всю полностью.
Хранитель задумался. Будет ли правильным удовлетворять её просьбу сейчас, он не был уверен.
— Дай мне некоторое время, Эсфирь. Мне нужно подготовиться к этому моменту.
— Что-то скрываешь от меня?
Ну вот опять! Шигео замер. Эсфирь менялась на удивление резко. То ребёнок, то вполне осознающая окружающие события женщина, то хрупкая беззащитная девушка. Его мозг отказывался принимать не совсем нормального хизгроу.
— А давай мы тебя сначала вылечим, — улыбнулся он.
— Не смешно! — надулась девушка. — Даже я понимаю, что в моей голове отсиживается хаос. А с возвращением памяти, всё встанет на свои места.
— Ты такая сообра…
— Шигео! — не выдержала Эсфирь. — Верни!
Он специально резко расставил руки, и она грохнулась на спину. Соскользнув с его бёдер, ноги принцессы взлетели вверх, а колено правой очень точно попало по носу Сэки. Он взревел от боли и сам откинулся на спину. Пока девушка переворачивалась на живот, опираясь на локти, другим коленом угодила ему в промежность. Шигео заорал с новой силой и свернулся калачиком прямо на земле, собирая песок и почву на чистое тело.

— Бо-о-ольно, — ревел он. — Ты меня искалечила.
— Мне тебя пожалеть? — встала на ноги принцесса, отряхивая платье.
— О-о-ой… Болит, как же болит-то, — ныл Шигео.

Зато Рю радовался. Он так звонко хлопал в маленькие ладошки, что ни для кого это не осталось незамеченным. Довольный дракон, насупившаяся принцесса, корчившийся хранитель — картина маслом!
— Не хочу знать, что здесь произошло, — проговорил Александр. — Но мне нравится!
— Повторить? — спросила Эсфирь у брата.
— О! Будь так добра, — закивал принц. — Раза три, пожалуйста.
— С удовольствием, — улыбнулась девушка.
— Изверги! — простонал Шигео.
Алекс поймал себя на мысли, что к сестре его чувства не изменились. Он желал её здесь не меньше, чем в Сиквелле. И сейчас жалел о том, что признался ей в том, что является её братом до возможного поцелуя и даже более тесных отношений.
— Помоги мне, — обратился он к сестре. — Пристегни.
Мужчина протянул ей ремень для колчана.
— А где сам лук? — спросила принцесса.
Она принимала из рук брата ремень очень аккуратно, чтобы не дотронуться до него.
— Дома. Во дворце, — спокойно отвечал Александр. — Приедем, и я займусь твоим обучением. Будешь стрелять в цель не только своей красотой, но и стрелами, которые отбирают жизнь.
Девушка всматривалась в брата, пытаясь понять его настроение. Он расставил руки в стороны, а она занялась ремнем и застёжками. Что-то изнутри подсказывало ей, как правильно разместить его относительно верхней одежды. Александр остался доволен.

— Может, хватит уже, — кинул принц в охающего хранителя. — Собирайтесь. Едем дальше.
Он подхватил дракона на руки и направился к лошадям. Эсфирь же подошла к Шигео и склонилась над ним:
— Прости, я же не хотела.
— Всё хорошо. Ты меня не убила, и за это я тебя благодарен. Но буду признателен, если ты будешь держаться от меня подальше.
— Ты серьёзно?
— Нет, конечно…

Вечерело. И если днём погода радовала согревающими лучами солнца, то с заходом стало заметно прохладней. На протяжении нескольких часов путники пересекали засеянные поля и небольшие домики фермеров. Это говорило о том, что к ночи они-таки доберутся до гостиницы, о которой упоминал Шигео. Она располагалась на окраине небольшого городка. Конечно, не славилась достойным сервисом для королевских особ, но, учитывая практически безостановочную езду верхом, о ней молча мечтал каждый из путников. Эсфирь уже так продрогла, что без тени смущения ближе и ближе пододвигалась к Шигео. На его лице иной раз проявлялась довольная улыбка. А когда девушку стало явно колотить от холода, Шигео не побоялся приобнять одной рукой. Эсфирь стала греть окоченевшие руки между своих ног, тогда Шигео достал покрывало из походной сумки и предложил принцессе укутаться. Его до сих пор не отпускал вопрос о наряде Эсфирь. Нужно же было Александру облачить девушку в платье с открытыми плечами и вырезом от подола чуть ли не по самый пояс. В Онхариолте запросто могли бы принять девушку за шлюху или явно непонимающую в моде дурочку. Шигео пообещал себе, что утром во чтобы то ни стало добудет для принцессы подходящее для продолжения поездки платье.
— Скоро прибудем на место, — успокаивал Шигео. — Перекусим, снимем комнаты. Если память мне не изменяет, и ванну принять сможешь.
— Х-хорошо, — выдохнула девушка, а хранитель крепче прижал её к своей груди.
— Не надо так делать, — залепетала она в ответ. — Это Алексу не нравится.

Шигео усмехнулся и взглянул на принца, который сейчас был больше увлечен своим драконом. Рю расположился у того перед седлом и внимательно наблюдал за дорогой. Даже дракона измотала долгая езда, он уже так возбужденно не урчал и не пускал клубы дыма из пасти.
Шигео тихо продолжил:
— Не волнуйся, он даже не смотрит в нашу сторону.
Эсфирь чуть отклонилась и, убедившись, что это так, легко кивнула, давая согласие на заботу от хранителя. Шигео поправил покрывало на принцессе, где можно было поплотнее подоткнул и притянул её колени ближе к себе, таким образом, что она чуть ли не полностью грудью развернулась к мужчине. Уткнувшись носом в его грудь, она подняла взгляд на Шигео и увидела пар исходящий от него во время выдоха, значит и ему холодно…
— Я не понимаю, почему ты играешь со мной, — пролепетала девушка, не сводя с него взгляда.

Шигео чуть напрягся, посмотрел на спутницу сверху вниз всего на мгновение, снова перевел взгляд на дорогу. Задерживаться в её глазах для него оказалось пыткой, менее чем за сутки он столько раз сталкивался с воздействиями на неё и от неё, что опасался даже предположений о дальнейших, связывающих их, событиях.
— О чём ты?
— О том, что ты специально дразнишь Александра. Это оч-чень заметно. И о том, что что-то д-делаешь со мной, а я потом не помню, что именно. Ты, то приветлив, то отстранён.
Эсфирь заметила, как желваки на скулах хранителя напряглись еще больше. Он обдумывал ответ.
— Каждый из нас, Эсфирь, занимает своё место. Я в своём уверен! А ты? — он снова взглянул на принцессу, девушка молчала. — Я набрался наглости взять опеку над тобой без твоего на то одобрения. И даже не спрашивал Александра. Это в моей компетенции. Хочешь ты того или нет, но с этого момента, я стану время от времени интересоваться твоей судьбой. Я не смогу постоянно быть с тобой рядом. Да и напрягать тебя своим присутствием тоже не горю желанием. Я принял это решение только что, ответив на твой вопрос. Мне нужно время разобраться в некоторых вопросах. И понимаю я о жизни хизгроу много больше твоего. Поэтому, если ты иногда станешь прислушиваться к моим заключениям, я буду безмерно счастлив!
Эсфирь задумалась на секунду.
— Каждый пытается мною командовать. Каждый из вас двоих… Пока из вас двоих. Что же будет дальше?
— Умная девушка! — подытожил, улыбаясь, Шигео. — Вы полны сюрпризов, Эсфирь Эохейд. Но выбор останется исключительно на вашей совести…

Эсфирь хотела было что-то ответить, но высказывание заглушил сильный раскат грома. На фоне закатных переливов показались набегающие тучи.

— Дождя нам ещё не хватало, — проговорил хранитель. — Александр, поторопимся! — обратился он к принцу.

Всадники ускорились. Холодные капли стеной встретили их у подъезда в город. Лило как из ведра. Добравшись до гостиницы, путники уже промокли до нитки.

Оказавшись под навесом для лошадей, Шигео слез с коня и стянул принцессу на себя. Скинул с неё мокрое покрывало и, прижав к себе ближе, двинулся к дверям гостиницы. Александр, не теряя времени, оплатил две комнаты с каминами на верхнем этаже и попросил хозяйку приготовить горячую ванну для своей сестры.

Эсфирь не протестовала, когда её ввели в комнату, усадили на кровать и стали растирать тело махровыми полотенцами, заботливо принесёнными хозяйкой. И было всё равно, что это делал Шигео. Да хоть бы и Алекс. Её мало сейчас заботило проклятие. Казалось, что ещё миг, и она превратится в сосульку. И тогда о чем жалеть? О том, что будущий король окочурился от её прикосновения, когда она уже сама себя не ощущала живой от холода.

Александр пытался с пониманием отнестись к действиям друга и не смотреть в сторону стараний согреть его сестру. Он переключился на камин, в котором без труда разжег огонь.
— Нужно снять мокрое платье, — прозвучало от Шигео.

Александр обернулся к хранителю, а его рука замерла с поленом в руке.
— Сама разде…

— Я придумал, — не дал закончить Александру Шигео и в момент накрыл принцессу сдернутым покрывалом с кровати, чуть ли не с головой. Просунув руку между краями, он добрался до её спины и стал ловко расстегивать пуговицы на платье одну за другой. Когда по ощущениям стало понятно, что справился со всеми, добрался сначала до одной лямки, не спеша высвободил руку, затем вторую. Спустив платье до пояса, он ухватил руку девушки и сунул в неё края покрывала, чтобы она крепко прижала к себе и оставалась прикрытой.

— Привстань чуть…

Эсфирь подчинилась, и уже через мгновение её мокрое платье тряпкой было отброшено к стенке.
— Ну, знаешь, — начал закипать принц от беспардонности хранителя. — Ты её ещё выкупай, с ложечки накорми и сказку на ночь расскажи!
Эсфирь взглянула на брата. Ей очень хотелось утешить его и успокоить, она молила его глазами прекратить неуместные сцены ревности к своему же другу.
— Алекс! Будь благоразумным. Хочешь, чтобы она заболела? — обернулся Шигео.
С укором взглянул на принца и, стараясь действовать быстро, снял с девушки украшения. Они так же полетели в розовое пятно. Александр более не мог терпеть, как ему казалось, издевательств к своей персоне и со всей силы швырнул кочергу в сторону. Та со звоном отскочила от каменного края камина. Принц, недолго думая, развернулся и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. На пороге чуть не сбил хозяйку гостиницы с вёдрами, которая лично хлопотала о заказанной ванной. В это время Шигео уже укладывал свернутый комочек на кровать, заботливо накрывая массивным одеялом.

— Не волнуйся за него, — успокаивал Шигео Эсфирь. — Я с ним поговорю, — и улыбнулся.
Девушка не шелохнулась, а глаза продолжали благодарить.

— Лежи пока. Согревайся…

— Ты только сегодня днём готов был расчленить её! — взорвался Александр, как только Шигео появился в их общей снятой комнате. — Что же изменило твоё к ней отношение? Нянчишься с ней, словно любовник! Касаешься, когда тебе хочется!!! И где хочется!!!
— Благомыслие тебе не чета, Александр, — спокойно начал хранитель. — Да, моя мудрость взяла верх. На то и твоя просьба повлияла. Ты умолял оставить её в живых. Я пошёл тебе навстречу. Так будь терпелив. На свои вопросы я ещё не получил ответы.
Чтобы не набросится-таки на хранителя с кулаками, Александр занялся камином и в их комнате, продолжая негодовать:
— Да ты получаешь наслаждение от того, что я страдаю! Посмотрел бы на себя со стороны — просто млеешь, задевая меня. Смеешься надо мной!!!
Шигео спокойно подтянул один из стульев спинкой к камину и, стянув с себя мокрую одежду, повесил сушиться перед огнём. Обвернул себя на поясе полотенцем и плеснул в бокал вина, так предусмотрительно принесённое женщиной смотрительницей, тут же расположился в мягком, слегка потрепанном кресле.
— Вот скажи, — затянул он, сделав глоток. — Если бы ты мог касаться её, ты бы разве не сделал того же, что и я? Не позаботился бы о ней? — он всматривался в испепеляющий взгляд принца. — Александр…
— Сделал бы! Глупый вопрос.
— Так в чем же…
— В том, что это ты, а не я! Она моя Эсфирь, не твоя, — Александр следом налил себе выпить.
— Она не твоя собственность, — мягкий голос хранителя ещё больше раздражал. — Она не может принадлежать тебе. Скорее своему мужу…
— Какому мужу? — удивился Алекс. — Что ты несёшь? — уже взревел он.
— Который станет согревать её холодными ночами в постели…
Александр с ещё большей ненавистью посмотрел на Шигео.
— А ты претендуешь на эту роль?
— Почему бы и нет?
— Ты — хранитель, — сдержанно размышлял принц. — Тебе нельзя иметь семью!
— Я могу отказаться от должности.
— Тебя не отпустят!
— Посмотрим…
— Вы не пройдёте Кходожи!
— Отнюдь. Наши Дары одного родства, даже учитывая, что её Дар находится в тебе.
— Ты бред несёшь! — зашипел Александр.
— Я вполне уверен в своём решении…
— Я не позволю!
— Я не нуждаюсь в твоём позволении…
— Убью тебя!
Шигео замер на мгновение. Его брови чуть дернулись:
— А вот это уже сильно…
Александр чуть замешкал:
— Не вынуждай меня делать это. Я никогда не откажусь от неё! Никогда!
Хранитель действительно был удивлён и даже не скрывал этого. Насколько же нужно любить или быть эгоистичным собственником, чтобы решиться убить хизгроу? Это, конечно, не касалось подобных событий, когда хранитель выполнял очередные задания Верхних. И зачастую это происходило на территории людей, только во благо самих хизгроу, хотя они могли до конца и не осознавать этого. Но как понять любовь, которая заставляет терять разум и толкает страдальца идти на преступные подвиги? А ведь у него тоже был подобный опыт. Много столетий назад, ещё когда он только готовился стать хранителем.
И так случилось, что уже который раз за день он вспоминал именно о тех событиях.

Следующая глава Предыдущая глава